| Свободный форум | |
|
Изменить тему |
Удалить тему |
Написать новое сообщение |
Сообщений в теме : 1179 |
| Дата/Время: 26/08/10 18:14 | Email: Автор : Димитрий Савин |
| Изменить | Удалить сообщение #100826181407 |
| Сумерки Министерства Правды (МП) Неизбежность распада нынешнего российского политического режима (о чем я писал в своих "Сумерках карликов" на "АПН Северо-Запад") становится все более очевидной. С высокой долей вероятности можно утверждать, что путинская система прекратит свое существование в ближайшие 3-4 года. Однако гибель необольшевицкого режима неминуемо означает и распад или, как минимум, радикальную трансформацию неосергианской системы Московской патриархии. А этот процесс будет иметь, по крайней мере, не меньшее значение, чем демонтаж политической системы. В истории Русской Церкви XX столетия есть два хронологических пункта, которые являются ключевыми с точки зрения формирования современной структуры Московской патриархии. "Пункты" эти суть 1927 и 1943 годы. В 1927 г. митрополит Сергий (Страгородский) своей "Декларацией" в одностороннем порядке объявил о духовной капитуляции перед властью. Капитуляция была именно духовной – речь не шла об отказе от какой-то политической деятельности (ее легальное духовенство давно уже не вело), а о признании безбожной и богоборческой большевицкой власти "властью от Бога" (что, в свою очередь, означало беззаконное "наделение божественной санкцией" всякого деяния советского режима. Достаточно вспомнить слова "Декларации" о том, что всякий удар или бойкот, направленный на власть, воспринимается патриархией как направленный и на нее). Это был первый камень, заложенный в основание своеобразной симфонии (точнее, антисимфонии) с большевиками. Однако на протяжении длительного времени никакого полноценного соработничества не получалось – богоборческий режим требовал от Церкви капитуляции, но, со своей стороны, ни на какие существенные уступки не шел. Ситуация начала меняться с 1939 г., в связи с оккупацией СССР западных территорий. А в 1943 г., наконец, началось и встречное движение со стороны сталинского Кремля: разрешение на избрание Патриарха, открытие духовных школ, новых храмов, пусть и ограниченную, но хоть какую-то издательскую деятельность и т.п. Однако все эти уступки, при ближайшем рассмотрении, были более чем скромными. Да и самый созыв Архиерейского Собора 1943 г. "большевицкими темпами" (выражение Сталина на встрече с Сергием) был обусловлен, главным образом, текущей внешнеполитической конъюнктурой: необходимо было продемонстрировать свободу религии в СССР – чем очень заинтересовалась Англиканская Церковь (имеющая статус государственной в Великобритании) – накануне Тегеранской конференции. Уступки были вынужденными и, в перспективе, опасными для большевизма. Но при этом, однако, для сталинского режима было тогда чрезвычайно важно интегрировать Московскую патриархию в единую систему социально-политических институтов СССР. А такая интеграция, так или иначе, подразумевала ослабление гонений и хотя бы частичный отход от позиции непримиримой конфронтации. В этой ситуации методологической основой церковно-государственных отношений стал принцип, действующий с тех пор и до сегодняшнего дня: максимум уступок лично церковному руководству, минимум – собственно Церкви. Епископат (хотя и не весь) и его самое ближайшее окружение должны были интегрироваться в советскую номенклатуру. Положение всех остальных православных христиан практически не менялось, за исключением разве того, что прямой террор стал использоваться реже. Таким образом, предполагалось, с одной стороны, еще более усилить контроль за внутрицерковной жизнью, с другой – получить имиджевые дивиденды (всегда можно было, как на признак свободы веры, указывать на патриаршие ЗиС и дачу), с третьей – сохранить весь основной инструментарий для подавления собственно православного церковного возрождения. А именно, по-прежнему блокировать развитие полноценного духовного образования, активной проповеди, особенно среди образованной части населения, и даже постепенно сокращать количество действующих приходов и монастырей. О том, насколько эффективной оказалась эта схема, можно судить по хрущевским гонениям, когда "правильные" советские архиереи подчас сами не пускали на богослужения детей (о чем свидетельствовал, например, в своих дневниках митрополит Иоанн (Снычев)). Наиболее искренние, бескомпромиссные люди систематически выдавливались из епископата и всех вообще управленческих структур Московской патриархии. При этом активно продвигались "лояльные" кадры – те, кто готов был служить коммунистическому режиму, не противодействуя его антицерковной политике и довольствуясь той "золотой клеткой", которая им предоставлялась от щедрот номенклатурных. Разумеется, эти два типа ("нелояльный – лояльный") являются, так сказать, химически чистыми – в реальности все переплеталось гораздо сложнее и трагичнее. Однако метод был именно таков. И до самого конца советской эпохи он работал сравнительно эффективно. Но, однако же, вышеописанная схема не могла быть доведена до совершенства в условиях СССР. И причиной тому, что примечательно, была сама коммунистическая идеология, однозначно ставившая своей целью уничтожение всякой религиозности. В силу этого даже при самых задушевных отношениях, возникавших у иных "лояльных" архиереев с советскими номенклатурщиками, деление "мы – они" все же сохранялось, и было достаточно четким. Похороны СССР в 1991 г. и номинальная декоммунизация вышеупомянутый идеологический "пунктик" сняла. Однако, поскольку смены элит не произошло (что стало окончательно ясно под звуки танковых залпов в октябре 1993 г.), не произошло и принципиальной смены модели церковно-государственных отношений. Понимание "отделения Церкви от государства" как атеистической государственности, при которой Церковь выполняет функции некоего магазина культовых услуг, осталось неизменным. Зато открылась возможность полноценной интеграции "избранного" церковного руководства в олигархическо-номенклатурную квази-элиту. Эта модель была полностью реализована при президентстве Путина. Таким образом, старая сергианская система "симфонии" с безбожной властью не только разрушилась, но и еще более укрепилась в своем новом, неосергианском обличии. Справедливости ради нужно признать, что пусть и очень нерешительные и робкие попытки вырваться за пределы сергианской схемы в начале 90-х гг. все-таки предпринимались. В том числе и покойным Патриархом Алексием II (вспомним, например, его миротворческие инициативы в 1993 г.). Но, увы, все они провалились. И провалились во многом потому, что у руководства Московской патриархии не было ярко выраженного стремления к самостоятельной организации церковной жизни (что в корне отличало ее от Православной Российской Церкви в 1917-18 гг.), но было однозначное желание угадать того, кто выйдет победителем в политической борьбе. Ориентация на симбиоз с атеистической властью – какой бы эта власть ни была – и стала гарантией провала указанных робких инициатив. Рехристианизация общества в 90-е гг. была сознательно блокирована российскими властями – но, тем не менее, Московская патриархия приняла этот новый порядок. Платой за это стала интеграция епископата и некоторых иных видных функционеров РПЦ МП в российскую номенклатурно-олиграхическую "элиту". Путинские "нулевые" годы не принесли ничего принципиально нового – описанный процесс продолжал развиваться в полном соответствии с лежащей в его основе логикой. В итоге: 1) Русская Православная Церковь Московского патриархата в 90-е гг. в значительной степени утрачивает свое влияние в религиозном пространстве России. Это было уникальным и трагическим событием: даже в советский период, в религиозной сфере, РПЦ МП однозначно доминировала. (В РСФСР слово "верующий" было фактически синонимом понятия "прихожанин РПЦ МП".) В результате, протестанты и представители "новых религиозных культов" существенно потеснили православных. В "нулевые" годы этот факт стал менее заметен в силу того, что разнообразные духовные "пришельцы" отказались от прежних методов работы в России (под давлением властей), но абсолютного большинства своих приверженцев они не утратили. 2) Другой производной блокирования миссионерства в период религиозного пробуждения русского народа стало бурное развитие "сектантства" в самой РПЦ МП (подробнее см "Сектантство в РПЦ МП" и "Царебожничество, цареборчество и Православный монархизм"). Множество группок, имеющих подчас самое немыслимое и далекое от православной догматики исповедание веры, сформировалось и существует под омофором Московской патриархии. Это, естественно, радикально увеличивает энтропийные процессы в самой РПЦ МП. 3) В этой ситуации, отказавшись, в полном соответствии с сергианской доктриной, от разрыва с режимом, возглавление Московской патриархии сделало ставку на максимальную интеграцию в номенклатурно-олигархическую систему. По-своему, это было логично: в условиях, когда реальное православное возрождение всячески подавлялось, единственным средством, которое позволяло этому самому возглавлению сохранять и улучшать свой социально-экономический и политический статус, был административный ресурс. Именно получение к нему полноценного доступа и стало стержнем и основой всей стратегии и тактики руководства РПЦ МП в 1990-2000-е гг. В путинский период эта патриархийная концепция, наконец, стала приносить плоды – и весьма изобильные. Ситуация, когда на патриарший крестный ход сгоняли людей посредством "административных мероприятий", вкупе с разгромом приходов РПАЦ в Суздале, стала ясным сигналом для всех: интеграция руководства патриархии в российскую квази-элиту завершена полностью и успешно. И сегодня еще многим людям – как ярым сторонникам, так и ярым противникам Патриарха Кирилла – кажется, будто бы новая система церковно-государственных отношений сформировалась, окрепла и превратилась в некую неодолимую твердыню. И сегодня лишь сравнительно немногие видят, что стоящий пред нами колосс имеет глиняные ноги. Объективно, с каждым днем все больше и больше жителей России будут воспринимать существующую в РФ систему не просто как чужеродную, но как однозначно им враждебную и опасную. В этой ситуации Московская патриархия, которую Кремль превращает то ли в министерство пропаганды, то ли прямо-таки в оруэлловское министерство правды, оказывается в той же самой ситуации, в коей некогда оказалась Римско-Католическая Церковь в Латинской Америке: в глазах множества людей она стала "церковью богатых". У РПЦ МП сегодня складывается (точнее, сложился) практически аналогичный имидж. Де-факто, руководство РПЦ МП полностью скопировало положение вещей в социально-политической системе РФ: существует "силовая вертикаль", но она эффективна лишь до тех пор, пока в изобилии имеются финансовые и силовые ресурсы. Как только они иссякнут – вертикаль повиснет в вакууме. Источники истощаются, государственная поддержка скоро начнет сокращаться, как шагреневая кожа (ибо самое государство, разъеденное все возрастающей коррупцией, стремительно катится к своему концу) – и вскоре, после развала системы РФ, Чистый переулок окажется предоставленным самому себе. Перспективы вырисовываются непростые: 1) Реальное количество жизнеспособных приходских общин, пребывающих сейчас в РПЦ МП, непропорционально мало в сравнении с тем позициями, которые занимает сегодня в РФ Московская патриархия. Соответственно, иные религиозные группы потребуют "справедливого", с их точки зрения, передела. ИПЦ и РПЦЗ заявят о том, что на очень многие храмы и монастыри они имеют, как минимум, не меньше прав, чем РПЦ МП. В ряде регионов (например, в Сибири), где существует мощное протестантское влияние, протестантизм может вообще занять главенствующие позиции в региональном религиозном спектре. В "мусульманских" областях неизбежно агрессивное наступление ислама, которое будет сопровождаться, как минимум, отдельными актами насилия, как максимум – систематическим антирусским террором. 2) Одновременно, после удаления административных скреп, вырвется наружу тот колоссальный потенциал разнообразного сектантства, который скопился к настоящему моменту в Московской патриархии. Не могут не последовать новые расколы, как "правого" (царебожнического), так и левого (обновленческого) толков. Это запустит вторую волну передела в сфере религиозной жизни, после которой удельный вес аутентичной РПЦ МП среди прочих деноминаций еще более уменьшится. Что сможет противопоставить этим объективно-историческим процессам Московская патриархия? Боюсь, что очень немногое, так как: 1) Современная "церковная элита" (главным образом, епископат) изначально сориентирована на номенклатурный стиль жизни и управления. Она не имеет живого и непосредственного контакта с мирянами и основной массой духовенства, предпочитая свою архипастырскую деятельность строить на "административных мероприятиях". Чем дальше, тем больше эта "элита" укоренялась в привычке решать все вопросы церковного управления и взаимоотношений с обществом посредством пресловутого административного ресурса. Его исчезновение просто парализует абсолютное большинство этой "элиты", ибо по-другому действовать она в принципе не умеет, а, кроме того, не мыслит себя вне жесткой централизации. И это, скорее всего, сыграет роковую роль, ибо, лишившись режимного плеча, она тут же устремится на его поиски, 2) а в условиях тотального кризиса и процесса распада страны отыскать некую доминирующую политическую силу будет невозможно. Сформируется сразу несколько политико-экономических центров и, соответственно, к каждому из них будет тяготеть та или иная группа патриархийной "элиты". Что станет еще одним и, возможно, мощнейшим генератором расколов внутри РПЦ МП. Кстати, определенные силы внутри РПЦ МП в этот период наверняка обратятся к идее унии с Римом. 3) Надежды на появление новых, решительных и активных лиц среди епископата РПЦ МП в этой ситуации едва ли оправданы. Значительная часть подобных людей уже сейчас ушла (или даже вытеснена) в иные православные юрисдикции (старообрядческой, катакомбной и зарубежной традиций). Череда расколов сократит количество людей этого типа в РПЦ МП до минимума. Кроме того, неосергианская пропаганда на протяжении двадцати лет была направлена на выработку прямо противоположного характера – социально и политически пассивного непротивленца; что, естественно, уже сказалось и еще, увы, скажется. Исходя из всего этого, приходится констатировать, что приближающееся крушение политического режима РФ разрушит и нынешнюю "административно-хозяйственную" систему РПЦ МП. Итог же будет примерно следующим: - Московская патриархия прекратит свое существование как единый институт. На ее месте образуются (приблизительно): а) сектантские деноминации "правого" (царебожнического, "опричного") толка, весьма многочисленные; б) сектантские деноминации левого, обновленческого направления. Число их сторонников будет ничтожно, но они получат определенную поддержку из-за рубежа и со стороны российских протестантов, что позволит им выжить и даже как-то влиять на социум; в) униатская юрисдикция, состоящая из духовенства и мирян, которые предпочтут "в административном порядке" подчиниться Ватикану. Численность ее будет чрезвычайно мала, но, опять же, из-за внешней поддержки какое-то влияние эта группа будет иметь; г) в сепаратистских регионах возможно формирование юрисдикций на основе РПЦ МП по квази-национальному признаку ("Сибирская Православная Церковь", "Карельская Православная Церковь" и т.д.) – либо на началах автокефалии, либо под омофором Фанара; д) на некоторых территориях, возможно, сохранятся некие формы аутентичной РПЦ МП – если местные власти проявят политическую волю и не дадут порвать административные скрепы, сдерживающие внутри РПЦ МП все вышеперечисленное.Такой вариант наиболее вероятен в регионах исламского сепаратизма; е) Правая православная юрисдикция, являющаяся каноническим продолжением Московской патриархии (и, скорее всего, сохранившая ее имя), но очищенная от сергианства и экуменизма. Идейный спектр примерно соответствует первым обращениям епископа Диомида (Дзюбана). Такой итог (по крайней мере, по человеческому рассуждению) практически неминуем в случае неминуемого же крушения необольшевицкого режима. Это означает и конец известных нам организационных форм Московской патриархии. Однако с собственно православно-христианской точки зрения, это дает также надежду на подлинное возрождение Русского Православия. В условиях, когда будет устранено или, по крайней мере, радикально снижено внешнее (нехристианское и антихристианское) влияние, возникнут реальные предпосылки для консолидации существующих русских православных юрисдикций. РПЦ МП (деноминация, обозначенная выше под пунктом "е") сблизится по своим позициям с "зарубежниками" и ИПЦ. По своему влиянию, даже после всех понесенных потерь, она будет, бесспорно, одной из самых серьезных сил в религиозной среде – но, однако же, слишком маломощной, чтобы претендовать на однозначное доминирование. А это предопределяет необходимость конструктивного диалога и сближения с иными умеренно-консервативными юрисдикциями. Скорее всего, образуется два центра притяжения в Русском Православии: 1) Радикально-правый (радикальная традиция ИПЦ, сопоставимая с греческими "матфеитами"). Тут также неизбежно некоторое сближение с "производными" РПЦ МП, а именно, "правыми" сектантами (пункт "а"). Само по себе, это данному церковному центру, и без того крайне неустойчивому, только осложнит положение. 2) Умеренное церковное сообщество. Его идеология уже сейчас, в общих чертах, оформлена Митрополитом Агафангелом (РПЦЗ (А)). К этому центру притяжения будет тяготеть тот антисергианский "малый остаток", который был упомянут под литерой "е". Будущее, как показывает церковная история, будет за умеренными. Но этот вопрос уже выходит за рамки настоящей статьи. Во всяком случае, сумерки РФ означают и сумерки МП. Однако конец неосергианской системы – конец, который последует в условиях социального, экономического и политического коллапса – в духовном смысле, может стать началом подлинного духовного возрождения Московской патриархии. Димитрий Савин, для "Портала-Credo.Ru" |
|
| Дата/Время: 23/08/10 07:55 | Email: Автор : старец Антипа |
| Изменить | Удалить сообщение #100823075551 |
| Украинская камасутра. Периодические заседания Церковных Советов, которые проводятся в поместных общинах, служители Евангелия иногда используют для разбора супружеских конфликтов связанных с гормональными нарушениями в организме. Вместо того, чтобы углубляться в изучение Библии, они, как опытные сексопатологи, углубляются в супружеские конфликты настолько детально и подробно, что краснеют уши. Для решения интимных проблем в нашей стране существуют светские специалисты, которые принимают клиентов в специально оборудованных для этой цели кабинетах и сохраняют врачебную тайну больного. И если в Православной Церкви согрешивший христианин подходя к Причастию, может исповедать свой грех тайно, на ухо священнослужителю, то в модернистских общинах проступок адепта предаётся широкой огласке. Конфиденциальная информация, обсуждаемая на Церковном Совете в сравнительно узком кругу, благодаря «сарафанному радио» и мобильным телефонам вскоре становится достоянием всей общины. Представьте себе обстановку заседания Церковного Совета. Кабинет пастора. Вентилятор "подхалим", сейф, телефон, чайный сервиз. В центре пасторского стола лежит Библия. На периферии - стопка писем, долгое время ожидающих ответа. На почётном месте за столом сидит Пресвитер. Далее по периметру размещаются около тридцати служителей разных возрастов, профессий и духовных званий. Обстановка - торжественная. Вот он – Храм правосудия, - подумал я. По приглашению служки заходит конфликтная семья, крещенная полным погружением в воду. Муж, по состоянию здоровья, инвалид – импотент. Истец, в присутствии жены, даже не дожидаясь приглашения присесть на стул, начинает рассказывать, как с помощью орогенитального контакта его супруга пыталась в постели вызвать у него эрекцию – рефлекторный приток крови к половым органам, придающий им жёсткость. Лицо женщины стало пунцовым от стыда, и она пыталась перебить мужа. Мне стало неловко, что служители со стажем, нисколько не смущаясь, задавали вопросы, уточняли некоторые элементы украинской камасутры якобы для того, чтобы определить «степень вины» ответчицы. Одного хориста разбирали на Церковном Совете за то, что он зимой, в гололёд, поддерживал под руку свою будущую жену. Молодые узаконили свои взаимоотношения в ЗАГСе, но ещё не прошли церемонию бракосочетания в церкви. Из уст ответственного областного служителя прозвучал приговор: «брак немедленно расторгнуть». Церковный Совет не имеет права вмешиваться в ту часть интимной жизни семьи, которая протекает за закрытой дверью в спальной комнате супругов. Проповедники часто жалуются на нехватку времени, чтобы подготовиться к проповеди. В тоже время они охотно тратят драгоценное время на всякого рода «клубнички» и с радостью участвуют в разборе таких конфликтов. Вот что по этому поводу утверждает Вестминстерское исповедание веры: «Будучи прародителями всего человечества, Адам и Ева передали всем своим потомкам вмененную вину за грех, смерть во грехе и свою порочную природу, которые передавались из поколения в поколение. Испорченность природы проявляется в течении всей земной жизни, сохраняясь даже в возрожденных: и хотя она через Христа прощена и умерщвлена, все же и сама она, и все ее побуждения остаются воистину греховными». Члены Церковного Совета совершено забыли, что они являются такими же потомками Адама и Евы, как и все те, которым они выносят грозные приговоры на своих Церковных Советах. Непосредственный свидетель описанных событий - старец Антипа. |
|
| Дата/Время: 10/08/10 13:07 | Email: vchekrymov@gmail.com Автор : Владимир Чекрымов |
| Изменить | Удалить сообщение #100810130731 |
| В знакомой мне баптистской общине конфетами и подарками заманивают детей в воскресную школу. С финансовой стороны выходит около 15 тысяч рублей на 8-10 человек в год. При этом, если учитывать, что дети верующих - это будущее общины, то весьма печальным выглядит это будущее. Эта община никогда, даже в 90-е, когда многие получали спонсорскую помощь из-за рубежа, не была на подарочках. Деградация налицо | |
| Дата/Время: 08/08/10 07:26 | Email: Автор : Демидко С.В. |
| Изменить | Удалить сообщение #100808072606 |
| Вчера идя по улице увидел группу миссионеров из южной Кореи, все одетые в красные костюмы, на головах плетеные национальные шляпы. Не успев с ними сравняться, ко мне подбежали две женщины, настойчиво вручая пакетик, а мужчина из их группы стоя в стороне запечатлевал это событие на фотоаппарат. Взяв пакетик я посмотрел на фотографа, тот спешно повернулся в другую сторону. Идя дальше своей дорогой я рассматривал содержимое подарка: фабрично запечатанный целлофановый мешочек, в нем три карамели и бумажная вкладка, на которой написано: приглашаем на христианский фестиваль, далее время и дата. Размышляя я подумал – до чего опустились протестанты?! Что начали конфетами заманивать в свои церкви людей. Или это может быть у корейцев такое представление о русских, что мы тут в России совсем одичали? Или что мы совсем не имеем своего достоинства, что готовы за 3 конфеты пойти куда поманят? В общем даже и не знаю, что и думать. Одно скажу – впечатление от этой евангелизации неприятное. А более того обидно, ведь они от имени протестантов делают так. Таким образом ругаются отцам реформации, которые несли Слово Божие бескорыстно, с сердцем, наполненном любовью к ближним. | |
| Дата/Время: 28/07/10 09:01 | Email: Автор : старец Антипа |
| Изменить | Удалить сообщение #100728090103 |
| Кальвинизм разрушает синергизм. Находясь сорок лет в выжженной солнцем пустыне, избранный народ вспоминал Египет и обилие яств на своём обеденном столе. «Мы помним рыбу, которую в Египте мы ели даром, огурцы и дыни, и лук, и репчатый лук и чеснок» (Чис.11:5). Христианские «беженцы» из бывшего СССР в обетованной Америке карасей не вспоминают. Но некоторые служители тоскуют о христианской резервации на своей бывшей Родине и пишут статьи на эту тему. Ниже фрагмент из статьи А. Чумакина: «ДРУГОЙ ХРИСТОС КАЛЬВИНИЗМА». «Через несколько месяцев мы подойдем к знаменательной дате – прошло десять лет с момента распада Советского Союза (декабрь 2001 г.). За этот период в христианских кругах было высказано достаточно много мнений относительно плюсов и минусов существовавшего в годы советской власти железного занавеса, создававшего своего рода резервацию для христианских церквей на территории СССР. С одной стороны, – нарушение прав и свободы человека, ограничение проповеди Евангелия, невозможность библейского образования и т. д. Но с другой стороны – заслон проникновению антихристианских, лжехристианских и сомнительно-евангельских направлений и учений. Исчезновение железного занавеса привело к массовому наступлению всех перечисленных учений в битве за душу «постсоветского» человека. Более того, это привело к определённым богословским разногласиям и в самих церквах, а наступившая свобода привела к эмиграции христиан на Запад, где евангельские христиане буквально окунулись в море разномыслий, свободы западного мира. Например, в Америке мы сталкиваемся с баптистскими церквами, о названии которых никогда не слышали: реформистские, консервативные, общие, регулярные, независимые баптисты, баптисты свободной воли, Генеральной конференции – список можно было бы продолжить – просто загляните в телефонный справочник. «Кто из них – наши, а кто – нет?» – такой вопрос часто задают рядовые члены церкви. В каждой из этих групп баптистов мы услышим о богословских вопросах, о которых никогда не размышляли, о новых оригинальных толкованиях казалось бы знакомых и вполне ясных текстов Писания. Разномыслия заставляют нас задуматься: почему мы верим именно так? Почему в некоторых богословских пониманиях мы отличаемся от американских баптистов? Если эти вопросы не задают вам сегодня члены вашей общины, то завтра их начнут задавать ваши дети – те, кто уже понимает английский язык, кто может свободно общаться с проповедниками американских церквей, кто может читать богословские книги американских авторов. Возникновение диаспорных церквей, состоящих только из «своих», русско-украинских эмигрантов, тем не менее, не решает проблему. Эмигрантские общины постоянно сталкиваются с необходимостью апологетики здравого учения – достойного библейски и богословски обоснованного ответа пёстрому разнообразию Запада. В чем же суть проблемы? Объем данной статьи не позволяет коснуться всего спектра спорных вопросов, поэтому ограничимся лишь одной проблемой, название которой – кальвинизм. Не все, но большинство баптистов Америки – кальвинисты». Конец цитаты. Приехав в чужую страну «со своим Уставом» и разногласиями, господину Чумакину не понравилось, что большинство баптистов Америки – кальвинисты. Религиозные воззрения этого баптистского проповедника крайне категоричны. Христиан, которые не придерживаются арминианских взглядов, автор статьи занёс в свой «черный список» и придал им статус «антихристианских, лжехристианских и сомнительно-евангельских направлений». Такие заключения имеют право выносить только религиоведы – эксперты или церковные Синоды, но не бывший советский эмигрант. Арминианские служители продолжают лепить из кальвинизма чучело и рассказывать про него свои страшилки. Слово «резервация», употреблённое автором статьи А. Чумакиным, всегда имело, и будет иметь очень негативный смысл. Оно подразумевает полную изоляцию, что противоречит евангельскому духу. Апостол Павел, уроженец города Тарса Киликийского, первый миссионер, наслаждался общением с христианами Апеннинского полуострова. Он проявлял большой интерес к жителям Испании. «Как только предприму путь в Испанию, приду к вам. Ибо надеюсь, что, проходя, увижусь с вами и что вы проводите меня туда, как скоро наслажусь общением с вами, хотя отчасти» (Рим.15:24). Христианская жизнь немыслима без общения святых. Поэтому самым тяжким наказанием при совершении греха членом церкви, является отлучение от церкви и от общения со святыми. Периодически апостолу язычников докладывали, «что когда вы собираетесь в церковь, между вами бывают разделения, чему отчасти и верю» (1Кор.11:18). Но Павел не делал из этого трагедии. «Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные» (1Кор.11:19). Воспитанный в советской среде товарищ Чумакин, по приезду в США ставший сэром, делит Тело Христа на «свои» и «чужие». Это мы уже проходили при коммунистическом режиме. Со школьной скамьи советским детям внушали, что жители капиталистических стран – буржуи и враги СССР. Большинство баптистов США, которые материально помогли эмигрантам из бывшего СССР стать на ноги, (дарили мебель, посуду, постельное бельё, жертвовали деньги), теперь для мистера Чумакина - «чужие». Всё это до боли в сердце напоминает персонажа из басни Крылова, которая любила в тени дуба лакомиться желудями. Если американские баптисты «чужие» для славянских баптистов, то почему пресвитера баптистских церквей бывшего СССР, ничтоже сумняшеся, принимали долларовые пожертвования на строительство новых домов молитвы, не спрашивая при этом жертвователя, к какому богословскому крылу принадлежит заокеанский гость? По всей вероятности пастора поступали по принципу: «Деньги не пахнут». После отъезда дорогих гостей пресвитера объясняли своим прихожанам, что приезжали еретики, но привезли деньги от Бога. Отчасти можно понять опасения арминианских служителей. Большая часть протестантских церквей на постсоветском пространстве придерживается синергизма. В теологическом смысле синергизм представляет собой ошибочную концепцию гласящую, что в возрождении присутствуют два действующих начала: повреждённая грехом человеческая воля и Божественный Дух, которые, в прямом смысле слова сотрудничают в деле оживотворения мертвого грешника. Кальвинизм разрушает надежды синергистов на свои добрые дела, отдаёт всю славу Вседержителю и полностью полагается в своём уповании только на милость и заслуги Иисуса Христа. Беда арминианских книжников из бывшего СССР состоит в непримиримости к другим христианским конфессиям и полным отсутствием толерантности. Все христиане, доктрины и практика которых отличается от доктрин христиан живших в советской резервации для арминиан - «чужие». «Не знаете, какого вы духа», - ответил Господь Своим ученикам, когда они просили у Христа разрешения сжечь негостеприимных жителей Самарянского селения, которые молились тому же Богу, но на другой горе «Ибо Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать» (Лук. 9:54 -56). Арминианские теологи даже не скрывают своей ненависти к братьям во Христе, которые исповедуют доктрину спасения по благодати. Вот что пишет в статье: «КАЛЬВИНИСТКО-АРМИНИАНСКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ» теологический редактор издательства «Смирна» из Черкасс, господин Г. А. Гололоб. «Особенно нелегко сейчас славянской арминианской диаспоре, которой приходится отстаивать свои убеждения во враждебном кальвинистском окружении». Христиане – кальвинисты для Геннадия Гололоба – духовные враги. Цитату из Евангелия: <Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной> (1Иоан.3:15) баптисты - арминиане к себе не относят. Совершенно другой дух витает в документах принятых реформатами в 1618-1619 гг. на Дортском Синоде в защиту своих библейских доктрин. Здесь нет места проклятиям в адрес братьев по вере во Христа, принадлежащим к другим конфессиям. Каждая глава этого исторического документа, касающаяся опровержения заблуждений в церкви начинается словами: «Излагая истинное учение, Синод отвергает заблуждение тех, кто учит…». Дортский Синод отвергает человеческие заблуждения, не проклиная при этом людей и оставляет им возможность исправить своё поклонение Богу. «Рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учительным, незлобивым» (2Тим.2:24). Напрасно Арминиане тратят время и бумагу на борьбу с библейскими доктринами. Как сказал Чарльз Сперджен, богословие кальвинизма является по существу не кальвинизмом, а чистым Евангелием. Кальвин увидел эту систему в Евангелии вторым, после Августина, и систематизировал её. Так же, как Ньютон не придумал сам закон тяготения, а обнаружил его с помощью плода яблони или Менделеев не придумал химических элементов, а только систематизировал их в своей таблице. Доктрина предопределения не нравится многим христианам и приводит их в раздражение. Она как лакмусовая бумажка, которая определяет степень готовности человека, покориться пред всемогущим Господом. Кальвинизм – это последовательное стремление признать Творца как Господа, осуществляющего все события Промысла Своей воли. Кальвинизм – это богоцентричный образ мышления о всей жизни под управлением и контролем Слова Самого Бога. Кальвинизм, другими словами, это теология Библии и как она выглядит с точки зрения самой Библии. Душевному человеку претит сама мысль о том, что Кто-то его полностью контролирует, и что от него вообще ничего не зависит. Кальвинизм принимает всю разнообразность исторических процессов и событий происходящих в Божьем мире как не больше и не меньше, чем осуществление Его великого предопределенного плана для Своих творений и Своей Церкви. Это понимал даже языческий царь Навуходоносор, который в благодарственной молитве произнёс такие слова: «По воле Своей Он действует как в небесном воинстве, так и у живущих на земле; и нет никого, кто мог бы противиться руке Его и сказать Ему: "что Ты сделал?" (Дан.4:32). «Кальвинизм - это систематическое богословие. Он упразднил всяких «посредников» во взаимоотношениях человека с Творцом. Кальвинизм «не ищет Бога в творении, как язычество, не изолирует Бога от творения, как ислам, не устанавливает посредника между Богом и творением, как католики, но провозглашает возвышенную мысль: Бог, в Своём безмерном величии бесконечно возвышаясь над творением, все же входит в непосредственную связь с ним как Бог – Святой Дух».* «Что же касается тех людей, – писал Кальвин – которые до такой степени осмотрительны и робки, что хотят, дабы не тревожить свои немощные души, полного отказа от доктрины предопределения, то в какой цвет перекрашивают они свою гордыню? Ведь они косвенно обвиняют Бога в неосмотрительности – как будто Он не предвидел опасности, которую эти наглецы думают «мудро» устранить! Поэтому всякий, кто объявляет учение о предопределении нежелательным, открыто злословит и клевещет на Бога: будто Он по недосмотру обнародовал учение, которое только вредит Церкви».** Доктрина избрания оказывает освящающее и утешающее влияние на всех, кто повинуется вести Евангелия. Она вселяет в человека чувство благоговения перед Богом и благодарности Ему за дар спасения. Она побуждает смирять свои души в прахе перед вечным Владыкой и даёт твердое утешение среди искушения и испытаний жизни. * Абрахам Кайпер. «Христианское мировоззрение». Стр. 30. Издательство «ШАНДАЛ». Санкт – Петербург. 2002. ** Кальвин. «Наставления в христианской вере», кн. 3, гл. 21, разд. 4 (Изд-во РГГУ, 1998, с. 380 – 381). |
|