Свободный форум
Изменить тему | Удалить тему |
Написать новое сообщение
Сообщений в теме : 1492
Страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299
Дата/Время: 25/09/09 09:35 | Email:
Автор :
| Изменить | Удалить
сообщение #090925093539
Обычная рецензия. Направлена не против кальвинистов, описывается личность автора.
Дата/Время: 25/09/09 08:16 | Email:
Автор : старец Антипа
| Изменить | Удалить
сообщение #090925081631
Похоже на заказную статью. Серьёзных фактов для обвинения нет. Всё по мелочам антикальвинист прыгает по статье, как кузнечик. Не понравилось название книги? Предложите лучшее! Исповедь свята, когда она произнесена в закрытой комнате, а сказанное в присутствии других людей исповедью не является
Старец Антипа.
Дата/Время: 22/09/09 15:44 | Email:
Автор : Ю.Г. Мишкаев
| Изменить | Удалить
сообщение #090922154405
Никак жлобством пованивать стало в последнее время, ась?
Дата/Время: 21/09/09 23:22 | Email:
Автор : Почему я не кальвинист. Тем более Тверской
| Изменить | Удалить
сообщение #090921232250
ЗАПИСКИ О «ПАСТОРЕ»
ИЛИ
ПИР ДУШИ В ПРОВИНЦИАЛЬНОМ ГОРОДЕ

«У нас в Талмуде
сказано: «Не отверзай на
потеху дьяволу уста
свои, не отверзай!»
Шолом-Алейхем.

Итак, читающую общественность можно, кажется, поздравлять с очередным событием: в серии «Русский автор» вышла книга Евгения Каширского «Записки пастора». Жанр дневниковых записей духовных лиц не является новым, однако существование жанра как такового никак не определяет качество конкретного текста. В данном случае решено было, видимо, соединить тягу к беллетристике, накопленный жизненный материал и «душепользительность» в одном флаконе, то есть в книге. Вот и был устроен своеобразный пир для своего духа.
Надо заметить, что автор, несмотря на повествование от первого лица, постарался выдержать его в духе анонимата, мол, никаких намеренных совпадений нет, герои (и сам автор-повествователь, надо полагать) вымышлены. Это предупреждение можно было бы принять вполне серьезно, если бы не одно обстоятельство. Большая часть опубликованных рассказов любители Сети уже встречали в виде интернет-публикации на сайте реформатской общины г. Твери (сайт http://calvin.tvcom.ru/index.html http://svpribor.ru/forum.php?forum=rfforum&action=viewmessages&oid=051206055321&admin=1&page=97 и http://www.spb.reformed-church.ru/page6). Кто желает сравнить, может попытаться их там найти, возможно, из киберпространства их еще не убрали. Неужели и там публиковались только лишь вымышленные тексты? Возможно, хотя и верится плохо. Тем более что интернет-вариант не предваряется предупреждениями о том, что все возможные совпадения следует признать случайными, там это преподано скорее как вполне реальные записки реального лица. Но что ж, оттого что в центр повествования становится вымышленный герой-повествователь, дело нисколько не меняется, текст не становится ни лучше, ни хуже, он сохранит все свои качества, ведь все равно, кто его, это повествование, ведет. Итак, учтя это обстоятельство, приступим к чтению «Записок».
При ближайшем рассмотрении оказывается, что черт сходства с реальными обстоятельствами становится довольно много. Указание на «город Т.» в свете того, что первый вариант книги увидел свет на тверском сайте реформатов, заставляет подозревать, что и далее речь идет именно об этом городе. Проверить не сложно. Для того, чтобы запросить знакомых, живущих там, и попросить уточнить кое-какие местные реалии, никакого большого труда прилагать не надо, вы, читатель, это сами можете сделать. И подтверждается, что реалии оказываются схожими. Действительно, в Твери есть 1-я Завокзальная улица (явный аналог упомянутой 1-й Залинейной; подобная прозрачность не потому ли допущена, что повествователь не прочь ненавязчиво опубликовать адрес молельного дома, ведь не случайно он далее жалуется, что община пополняется медленно), а таинственный районный город «Л-вль» может быть только городком Лихославлем (полчаса железной дорогой от Твери) – других подходящих топонимов в Тверской области нет. Сразу обнаружившийся ряд совпадений опять же наводит на вопрос о том, не будут ли и все дальнейшие совпадения не совсем случайными. Но видимо, на вопрос этот пока нет ответа.
Надо заметить, что книга выпущена как произведение изящной словесности (напоминаем, в серии «Русский автор»). А значит, мы можем оценивать ее без каких-либо скидок, например, на непрофессионализм автора. Положение обязывает, раз уж кто-то позиционировал себя как «автор», то есть литератор. Но литературные качества пасторских записок невелики. Автор заметно склонен к стилистическому однообразию и использованию многочисленных штампов. Особенным убожеством отличаются заголовки, что видно уже при первом просмотре книги. Заголовки построены по одним и тем же клише, но это полбеды. Дело в том, что часть этих клише уже давно «засветилась» в культурном пространстве. За фразой «Мария Васильевна читает Евангелие» отчетливо звучит «Иван Васильевич меняет профессию», за «Храбрым Русланом» - владимовский «Верный Руслан». Это же относится к «Борис Иванович написал статью», «Отлучение Саши Столярова», «Посещение Юлианы», «Молитва Виктора Петровича». Еще примеры нужны? Их может быть и больше. Надеюсь, читатели позволят не отвлекаться специально на сухой литературоведческий анализ этих фраз-заголовков; они в немалой степени сами за себя говорят. Писатель должен обладать обостренной чувствительностью к таким вещам. Впрочем, заголовками все не исчерпывается. Автора влечет к использованию однообразных высказываний, вроде слова «парень» - «деловой парень», «горячий парень» и т.д. Честное слово, так и видишь, как из-за спины героя-повествователя выходит Эллочка-Людоедка, тоже помнится, любившая такие выражения («ты толстый и красивый парниша», «ты парниша что надо», «Хамите, парниша»). Словарный запас у Эллочки и повествователя, конечно, разный, а вот степень стилистического разнообразия, похоже, одинакова.
Герой кокетлив. Он любит периодически жеманно восклицать: «Почему я не могу избавиться от проклятой привычки иронизировать? Впрочем, я опять иронизирую». Впрочем, ирония везде такова, что герой-пастор может свою пасторскую совесть не отягощать. Ирония вялая и едва заметная, так что можно не вменять ее себе в серьезный грех. А на вопрос, когда прекратится иронизирование, похоже надо ответить: «никогда», ведь судя по всему, герой нисколько и не пытается от этой привычки избавиться. Так, жеманство одно. Впрочем, повторимся, настоящей иронии в книге вовсе и нет, а один из ее видов нужен герою просто катастрофически – нужна самоирония. Герой-повествователь погружен в величественную фигуру самого себя, несет себя на подносе с бережностью опытного официанта. Протоиерей М. Ардов мог, например, проходя мимо сельчан, грузящих тяжелый шкаф, как бы невзначай крикнуть «На попа его ставь!», вызвав тем самым беззлобный смех. Наш герой достаточно скучно повествует, как «местная шпана» два раза обозвала его попом и как ему это не понравилось. А ведь достаточно было бы обратить сие в шутку. Или уж хотя бы совсем не писать. И все это повито флером скучной серьезности без малейшей самоиронии, которая, как известно, является действенным средством от греха гордыни.
Вообще, уже к середине книги создается специфически-скучное ощущение, что читаешь скучноватый стандартный текст, вроде протоколов и иных деловых бумаг. Тон повествования однообразен, структура предложений удручающе одинакова. Эмоциональный тон повествования (холодноватый, с сильным оттенком глубинной скуки) не меняется в зависимости от смены сюжетов, как это можно ожидать от состоятельной, качественной литературы. Аромат канцелярщины становится все сильнее. Кажется, новоявленный русский автор мог бы расстараться при работе над текстом и больше.
В одном месте, видимо, в порядке кокетства, даже побаловались школьной латынью. Глава заканчивается словом «sic». Ну и для кого этот сик здесь помещен? Для тех, кто еще не понял, что герой человек не простой, а очень даже? Вспоминается уже не Эллочка Щукина, а ее подруга Фима Собак, знавшая «богатое» слово «гомосексуализм». В нескольких местах попадается словцо «мужи-братья». Понятно, что это библеизм, но ведь и из Библии тоже надо заимствовать аккуратно. А это заимствование звучит искусственно и, как следствие, манерно. Опять языковое штукарство, видимо, чтобы перебить однообразие повествования. В одном месте у автора юмор едва не получился, но именно едва… Описывая поведение двух пришедших к нему православных юношей, герой-повествователь на их слова «Мир дому сему» с ехидцей отвечает «Исполать вам, государи мои». Но, во-первых, «Мир дому сему» есть распространенная до сего дня форма приветствия в ряде христианских конфессий, что не мешало бы знать. Ну, а во-вторых, в ерничестве герой не оригинален, он почти воспроизвел диалог из рассказа писателя-сатириконца А.Аверченко. Юмор в итоге «не получился». А ведь, помимо прочего, следовало бы почувствовать, что в устах повествователя эти «мужи-братья» звучит по меньшей мере так же искусственно, как и приветствие «Мир дому сему», над которым герой ехидничает. Так что создается известная ситуация, связанная с соринкой в чужом глазу… Реалистичного отношения к себе самому у героя все-таки не хватает катастрофически.
Ну а что касается образа самого героя-повествователя, то он ярко демонстрирует наличие в его характере многих вполне определенных черт. Он мелочен и подозрителен. Обращает внимание на то, кто сколько пожертвовал, много или мало. Отмечает, что обстановка в доме («В комнате даже стояло пианино»!) не соответствует рассказам хозяйки о ее бедности (точно, прибедняется!). Недоволен, что некий старик (в книге он, впрочем, поименован) недостаточно душевно поблагодарил за материальную помощь, а затем следует привычный рефрен - к тому же жертвует мало на общинные нужды. Кстати, в некоторых храмах пожертвования специально собирают в особый мешочек, дабы не было соблазна наблюдать, кто сколько положил. Может быть пастору провинциальной общины не грех взять этот опыт на вооружение?
Герой тщеславен и набивается на читательский комплимент, уточняя, например, когда ему дарили спиртное и что он, герой, при этом сделал. А он оба раза спиртное (то водочку, то Токайское) взял, но, конечно же, неохотно, чтоб дарителей не обижать («не корысти ради»). Да мы и с одного захода поняли бы, чего уж там. Надо было еще добавить, что греховное содержимое бутылочек было немедленно вылито, а в самые бутылки поставлены букеты ночных фиалок. Дается описание того, как герой мучился на дне рождения тетушки, сидя среди обжор и пьяниц. Конечно, его вполне можно понять. Но тональность повествования такова, что кажется: сейчас повествователь торжественно изречет что-нибудь вроде «Блажен я есмь, не сидящий в собраниях развратителей!». Равным образом герой ненавязчиво демонстрирует свою праведность на фоне жизни иных «пасторов» «провинциального города», обозначенных только инициалами. Плохого у них всегда что-нибудь найдется. То разогнали совет общины, чтобы делать все единолично, то завлекают людей «гуманитаркой» и иными подобными способами, то завели знакомства, от каковых сам герой ну просто всячески открещивается. Так и ждешь, что в итоге повествователь не выдержит и скромно попросит: «Ну похвалите же меня, я хороший». Некоторые пассажи вообще приводят в недоумение. Зачем подробно описывать совместные размышления о том, каким образом лучше уничтожить иконы (сам пастор предлагал закопать их в землю)? Кстати, решили все-таки бросить их в реку, каковая процедура подробно и описана с намеками на то, что высшие силы благословили этот подвиг благочестия (сначала долго не могли найти доску, но помолились и нашли ее в кустах). При этом один из участников иконоборческой акции с каким-то утонченным садизмом фотографировал действо… Как поясняет повествователь, снимки пригодятся для музея реформации. Этот загадочный музей упоминается и в другом месте. Интересно, из чего будет составлена экспозиция и по какому принципу? Неужели из одних уничтоженных икон? Ну а богословские споры о рождественской елке! В итоге решили вместо елки украсить комнату венками. Но, во-первых, эта практика принята у католиков и некоторых лютеран, и имеет там свой собственный смысл. Ну, а во-вторых, герой должен был бы понять, что еловый венок есть аналог елки, и что так эту проблему не решить. Или же комнату украсили цветочными похоронными венками? Для чего читателю знать подробности требований, предъявляемых одним из героев к женщинам («…лишь бы кожа была чистая, изо рта не воняло и глаза не гноились»)? Еще больше недоумения оставляет длинный пассаж про найденный презерватив (извините, но так в книге). Подробно описывается, где его нашли, в чем он был упакован, с какой надписью, и что с ним теперь делать. Зачем это расписывается? В качестве юмора? Вряд ли, ибо не смешно. Для назидательности? В ортодоксальном христианстве существуют рекомендации не расписывать на исповеди все подробности особенно нечистых грехов во избежание соблазна; достаточно, чтобы священник понял, о чем идет речь. Не худо бы герою-пастору перенять эту практику. Кстати сам герой-пастор на вопрос, что делать с находкой, посоветовал выбросить. А жаль. Надо было оставить. Для музея реформации…
Однако наибольшее удивление вызывает склонность героя-повествователя подробно описывать личную жизнь паствы, в том числе грехи, слабости и поступки. Одна глава так и названа «Откровения Юлианы». Вообще-то, на то они и откровения, чтобы не выноситься на публику. Возникает вопрос, какой объем этих достаточно приватных сведений так или иначе почерпнут из реальности? Ведь еще в начале автор предупредил, что есть «вкрапления черт характера реальных людей». А что если вкрапления не так уж и малы? Вопрос этот, впрочем, возникал и раньше, еще когда такая реклама появилась в виде интернет-публикации. Даже если допустить, что все выдумано (и Юлиана с мужем-наркоманом, и Олег Гусев с женой-алкоголичкой, и некий Саша с подробно описанными запойными циклами, и - здесь нам становится неловко, хотя мы указываем только на те вещи, которые подробно рассказаны в книге, и стараемся помнить предупреждение о вымышленности персонажей), то все равно позволительно спросить, зачем автор создал вымышленного героя, который ведет себя так, как будто он хочет отпугнуть от себя всех людей, публично, в подробностях выбалтывая все детали личных доверительных разговоров? В результате над книгой начинает витать тухловатый душок сплетни (чего даже отдаленно нет в книге, например, о. М.Ардова, даже если и допустить, что наш автор погнался именно за ее популярностью и именно ей попытался подражать). Ведь симпатии к такому духовенству этот образ не прибавит. И симпатии к кальвинизму, очевидно, тоже. Известно, что в православии и католицизме существует такая вещь как тайна исповеди, нарушение которой сурово карается. В тех лютеранских общинах, где практикуется частная исповедь, также есть дисциплинарные нормы, охраняющие сугубую приватность сказанного. Мало того, предписывается не распространять то, о чем узнано в приватных беседах даже и вне пределов исповеди. Но допустим, что герой-повествователь поступает так потому, что в кальвинизме от исповеди как таинства в общем-то ничего не осталось и соответствующей дисциплины просто нет. Но ведь помимо богословия и канонического долга должно быть еще и чувство элементарной порядочности и хоть какой-то нравственной ответственности за тех, кого ты считаешь своими пасомыми. Нельзя же, узнавая доверчиво изложенные подробности личной жизни, вести себя как вульгарный папарацци, которому нужен только скандал и скандальная же слава, а легализованное сплетничанье приносит удовольствие. Герой-повествователь вообще склонен запоминать черты внешности и поведения и потом помещать их в текст с равнодушием следователя (о том, кто тощ, а кто «накачан», о том, что у Бориса Ивановича походка шаркающая, когда описывается трапеза в том доме, куда героя пригласили, он не упускает возможности уточнить, что кто-то сказал некие слова не просто так, а «махнув рюмочку коньяку», и т.д и т.п. едва ли не до бесконечности). Учитывается все, с точностью до рюмки. Создается ощущение, что герой-повествователь вовсе не любит своих текстовых соседей-героев. Его поведение можно охарактеризовать как спокойный, очень вежливый, холодный цинизм при полнейшем отсутствии и уважения, и сочувствия. Вспоминается почему-то печально известный священник Жан Мелье, всю жизнь вынужденный ради денег возглавлять сельский приход при полнейшем внутреннем атеизме. Мелье утешался тем, что тайно писал откровенную книгу о своей жизни, где признавался, помимо прочего, в том, что обязанности священника выполнял плохо и с великой небрежностью. Но Мелье не пытался огласить свои откровения при жизни. Возникает ощущение, что прочие упомянутые персонажи самому герою-повествователю скучны, что кроме прохладного презрения к ним, он иных чувств не испытывает, а потому и рад так расписать и их самих, и подробности их жизни, чтобы хоть какое-то удовольствие получить. В этом отношении автор достиг определенных результатов. Он написал книгу, которая может подействовать на думающего читателя гораздо сильнее, чем разнообразные откровенно антиклерикальные и антирелигиозные сочинения.
Ну а из того самого города, который в книге обозначен как «Т», пришли очередные новости. Некоторые люди уже все-таки отождествили себя с некоторыми действующими лицами «Записок пастора» и отнюдь от этого не в восторге. Так что можно ожидать продолжения пиршества души и перерастания книги в полноценную мыльную оперу. Впрочем, это я опять иронизирую.
Дата/Время: 21/09/09 22:45 | Email:
Автор : Igor
| Изменить | Удалить
сообщение #090921224547
interesnie statii!
Страницы : 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299
Новое сообщение
Автор сообщения :
Email автора :
Введите текст на картинке :
Текст сообщения
Слать все сообщения из темы на указанный email